Как судили Кирилла Серебренникова

Худрук «Гоголь-центра» и другие обвиняемые в хищении 133 млн рублей у Минкульта отказались признать свою вину

Очередь на вход в суд. Десятки российских и иностранных журналистов расталкивают друг друга в дверях. Заполненный до отказала зал заседания. Крики приставов — «мест нет». Художественный руководитель «Гоголь-центра» Кирилл Серебренников на первой лавочке, в традиционно черной футболке с надписью «Жги» и черной кепке, моментально оказывается в кольце фотографов. Так в среду в Мещанском суде Москвы начался один из самых громких процессов 2018 года — дело «Седьмой студии».

Преступно художественная группа

Вместе с Серебренниковым на скамье подсудимых находятся еще три человека — бывшие экс-гендиректор и экс-генпродюссер «Седьмой студии» Юрий Итин и Алексей Малобродский, а также бывшая сотрудница министерства культуры Софья Апфельбаум. Прокуратура в суде настаивает, что все они похитили 133 млн рублей, выделенных из бюджета в 2011—2014 годах на творческий проект «Платформа». Предполагалось, что он будет способствовать развитию новых форм театрального искусства.

Первым по правилам уголовного процесса слово берет прокурор — капитан юстиции Олег Орлов. На протяжении следующих двух часов он будет рассказывать, что всё, что делали Серебренников и другие обвиняемые с 2011 по 2014 годы — это намеренное хищение денег у государства. Именно для этого, по мнению прокурора, Серебренников и создал компанию АНО «Седьмая студия», собрал вокруг нее преступную группу и добился получения госконтрактов.

«Преступная группа была основана на едином умысле ее членов, характеризовалась распределением ролей и устойчивостью», — уверял прокурор. Орлов заявил, что получить деньги и контракты Серебренникову якобы помогла сотрудница министерства Апфельбаум.

Деньги, по словам гособвинителя, похищались по фиктивным договорам с подконтрольными копаниями — на суммы от нескольких сотен тысяч до 10 млн рублей. Орлов перечислил десятки транзакций, попавших в обвинительное заключение. Всего за несколько лет «Седьмая студия» обналичила 133 млн рублей, выделенных на проект «Платформа», утверждал прокурор.

Потом суд передал слово обвиняемым — и все они заявили, что им не понятно обвинение. Они готовы дать показания и рассказать, как обстояли дела на само деле.

«Прокурор многократно, как мантру, повторяет эпизоды с транзакциями, и каждый их них сопровождает фразами, что все это делалось по указанию Серебренникова. Эти заклинания просто размывают смысл. Под ними ничего нет, — заявил Малобродский. — Я хочу давать показания и могу сделать это первым». «Я готова давать показания — любые, самые подробные, потому что мне нечего скрывать», — вторила ему Апфельбаум. Но первым из подсудимых выступил именно Серебренников. Ему было, что сказать.

Одобрено Медведевым

«У меня давно была идея объединить на одной платформе разные жанры — танцы, песни, музыку», — свою речь в суде Серебренников начал с рассказа о зарождении «Платформы». В марте 2011 года режиссер оказался на приеме у Дмитрия Медведева, занимавшего тогда пост президента. Ему Серебрянников и оставил три листа с концепцией проекта. «Я рассказал содержание, он ответил, что да, очень интересно, но никакого решения тогда не было», — вспоминал режиссер. Но через некоторое время на проходную театра, где он работал, поступила папка с документами: из них следовало, что проект «Платформа» передали на рассмотрение в правительство. Самого Серебренникова вызвали с министерство культуры.

«Там было совещание, но тогда никто не понимал, что с этим делать. Бумажка пришли от самого … там президента. Там я, кстати, и познакомился с Апфельбаум. До этого я ее не знал», — отметил режиссер. Именно на этом совещании, рассказывает Серебренников, ему и посоветовали открыть автономное некоммерческое общество (АНО) «Седьмая студия».

«Там был человек из экономического отдела, в сером костюме, он спросил — а у вас есть фирма? Как же вы будете деньги получать?», — рассказывал Серебренников. После этого проект был и запущен.
«У нас не было ничего, нам нужно создать все с нуля. Проект открывался мероприятием „Арии“, нам нужно было пригласить большое количество певцов, хореографов. Это 12 сцен, разные костюмы и декорации», — рассказывал режиссер.

«Моя зона ответственности — это художественные процессы и формирование программы», — объяснял Серебренников. Он подчеркнул, что за финансовую деятельность не отвечал, но о финансовых проблемах ему докладывали постоянно. «Ко мне постоянно прибегали — нечем платить хореографам, нет денег на гонорары для артистов, мы очень зависели от денег министерства, — вспоминал Серебренников. — У нас с Юрием [Итиным] постоянно вставал вопрос — где взять деньги. Мы взяли свои деньги, чтобы запустить проект и попросили кредит. Если я правильно помню, по полтора миллиона мы давали». За финансовую сторону проекта отвечала бухгалтер компании Масляева — ее кандидатуру посоветовал Итин. Рассказать, что происходило дальше с финансированием проекта «Платформа» Серебренников не успел. Спустя полтора часа после начала дачи показаний, судья прервала режиссера и отложила заседание на сутки.

Так что продолжение следует.