Шампанское у стен СИЗО и пожелания счастья от Оксимирона. Как прошла свадьба в «Матросской тишине» — Открытые Медиа

Шампанское у стен СИЗО и пожелания счастья от Оксимирона. Как прошла свадьба в «Матросской тишине»

Фото: «Открытые медиа»

«Открытые медиа» побывали на свадьбе фигуранта «московского дела» Константина Котова и обвиняемой по делу «Нового величия» Анны Павликовой

В московском следственном изоляторе «Матросская тишина» 17 октября прошла свадьба фигуранта «московского дела» Константина Котова и обвиняемой по делу «Нового величия» Анны Павликовой. Котов, которому суд 14 октября оставил в силе приговор — 4 года лишения свободы по «дадинской» статье, — ждёт этапа в колонию. Павликову суд в марте прошлого года заключил под стражу, но через несколько месяцев меру пресечения изменили на домашний арест.

Группа поддержки — несколько человек с букетами и видеокамерами — начала собираться возле СИЗО за полтора часа до приезда молодых, ещё с девяти утра. Бывший фигурант «московского дела» Алексей Миняйло пришёл с гитарой, объяснив, что вчера выучил песню специально для молодых. Попасть на саму регистрацию в изолятор, где сейчас находится Котов, смогли только сама невеста и сотрудник ЗАГСа, который проводил церемонию, поэтому все приехавшие готовились поздравлять Анну у входа. Кто-то принёс пакет с шампанским и бумажными стаканчиками. Вскоре выяснилось, что Анна приедет с сестрой, мамой и племянницей, но опоздает на полтора часа: в ЗАГСе нужно заполнить ещё какие-то документы и забрать сотрудницу, которая зарегистрирует брак.

Ждать собравшиеся отправились в «Шоколадницу» неподалёку, где Алексей Миняйло развлекал всех рассказами о своём тюремном опыте. Речь зашла о том, видно ли золотую осень из окон «Матросской тишины». «Вообще, из окон было видно только верхушки деревьев, но вот когда я сидел в карантине — был один отличный день, когда по „дороге“, — весело вспоминает Миняйло. — А „дорога“ — это вы знаете, что такое? Это когда тюрьма не мусорская, а воровская, там можно натянуть верёвки между окнами и по ним что-то передавать. И вот в пять утра к нам в хату постучали, и мы затянули кипятильник и чай. Вскипятили его в пластиковом ведёрке, я залез на решку, то есть, на решётку — и смотрел на рассвет, было очень круто».

Разговоры от «московского дела» далеко не ушли: собравшиеся восхищались словами нового фигуранта дела Егора Лесных. Он в суде в ответ на вопрос, почему не уехал за границу, процитировал строчку из песни группы «Кровосток» о том, что побег от себя ни к чему хорошему не приводит. «Это говорит о том, что в чуваке есть искра божьего гнева», — заключил Миняйло, а затем громко и радостно попросил у официантки побыстрее принести счёт, потому что «мы в очереди в тюрьму стоим».

Все вернулись ко входу, разговоры и шутки те же:

— Интересно, а выездная регистрация платная в таком случае?

— Не знаю, наверное, Навальному счёт выставят.

Наконец приезжает такси, Аня Павликова выходит из него в пышном белом свадебном платье и несколько минут растерянно стоит возле машины. Следом за ней выходит сестра Анастасия Павликова и ещё одна девушка — очень молодая, с яркими рыжими волосами. Оказывается, в ЗАГСе Павликовы встретили ещё одну невесту, которая тоже едет на регистрацию брака в СИЗО, и решили её подвезти. Аню поздравляет Алексей Миняйло — передаёт привет и пожелания счастья от рэпера Оксимирона, вручает футболки с надписью «Любовь сильнее всего», которые напечатал накануне вечером, и поёт обещанную песню: «Когда ты стоишь у этой черты, из тысячи слов есть всего четыре: „Нет ничего кроме любви“».

Флорист Элеонора Секретева дарит Ане букет и коробку со свечой и первыми буквами имён молодых «К» и «А» на крышке — символ домашнего очага. Элеонора поясняет, что символ-свечу должны зажигать на свадьбе родители молодых, но если сейчас у них это сделать не получится, коробка может дождаться удачного момента. Молодых Элеонора не знает, просто прочитала их историю в интернете и решила помочь. У самой Секретевой на акции протеста 27 июля в Москве задержали мужа и оштрафовали на 10 тысяч рублей.

Аня проходит мимо поздравляющих и нескольких журналистов ко входу в СИЗО, ждёт разрешения войти и робко отвечает на все вопросы, что условия домашнего ареста не позволяют давать интервью. Сестра Ани Анастасия предлагает: «Давайте я за неё расскажу», — и говорит, что о свадьбе молодые договорились по переписке, но письма передавали через адвоката, а не отправляли по почте — чтобы их не прочитал цензор.

Анна с Константином, говорит сестра Павликовой, познакомились ещё до «московского дела», но уже после начала арестов по «Новому величию». Котов одним из первых стал помогать семье Павликовых носить передачи в следственный изолятор, а когда Аню перевели на домашний арест, по два-три раза в неделю приходил в гости. С августа, когда Константина задержали, Павликовы общались с ним только по переписке. «Честно говоря, когда Костя в последний раз приходил, у нас было какое-то подозрение, что что-то между ними есть, — говорит Анастасия. — Но всё это было как бы в шутку, а оказалось, что вот, правда».

Наконец Анну и вторую невесту впускает в СИЗО сотрудник ФСИН. Родственники остаются снаружи, не разрешают войти даже адвокату Котова Марии Эйсмонт: как адвокат она имеет право увидеть своего доверителя, но должна пройти через другой вход, через бюро пропусков. «Вы понимаете, что заключение брака и работа адвоката — разные вещи, — говорит через порог сотрудник изолятора. — Мне тут нужны только сотрудник ЗАГСа и невесты. Это которые?». Вторая невеста с рыжими волосами — в обычных джинсах и расстёгнутой куртке: на улице необычно тепло. Белое кружевное платье Ани привлекает внимание, глядя на него, прохожий спрашивает у толпы: «А кто из них сидит — жених или невеста?».

Обе невесты входят в изолятор, фотографы пытаются снять через зарешёченное окно, как уже в здании сотрудники СИЗО проверяют паспорт Павликовой в мягкой розово-фиолетовой обложке. На улице люди начинают разливать шампанское по бумажным стаканчикам, часть собравшихся выстраивается в ряд так, чтобы закрыть этот процесс от трёх дежурящих рядом полицейских машин.

Мама Ани Юлия рассказывает, что вся семья до последнего думала, что на одном из судебных заседаний Котова отпустят, и надеялась, что сегодня они поедут не в СИЗО, а в ЗАГС. «Аня за последние два месяца, с тех пор, как Костю забрали, очень сильно изменилась. Повзрослела, рассуждает и думает иначе, — рассказывает Юлия Павликова. — Она говорит, что нужно всё это перенести достойно, чтобы потом всё было хорошо. Но сейчас у неё приподнятое настроение, вчера бегала по комнате радостная, а потом мы всю ночь разговаривали, не могли уснуть. И у неё счастье не в том что она выйдет с кольцом, — в том, что Костю увидит впервые за два месяца и сможет обнять».

Аня выходит с кольцом довольно быстро — церемония занимает всего около 20 минут. Все допивают шампанское, обнимаются и постепенно расходятся, а Павликовы уезжают в такси, снова захватив с собой вторую невесту. Сразу после свадьбы Анна поехала в Люблинский районный суд, сегодня он рассматривает дело «Нового величия».

Разблокировать push-уведомления

Следуйте инструкциям, чтобы активировать push-уведомления